In English, please
Знайшлі памылку ў тэксце?
Вылучыце яе з дапамогай мышкі і націсніце
Кто и что мешает красной рыбе размножаться в Беларуси

 

Похвастаться такими гостями может, пожалуй, только Островецкий район Гродненской области: сюда рыба пока еще может дойти, да и водный режим наиболее подходящий. Правда, площадь водотоков, приспособленных для свободного нереста, небольшая.

Один из притоков Вилии, место нереста лососевых

На одном из ручьев длина нерестового участка составляет около 900 метров. На каждую рыбу приходится не более одного метра русла. Это становится естественной угрозой для нерестящейся популяции: нарушается кормовая база и лососевые могут разрушать свои же гнезда с икрой.

Электростанции — враги лососевых

Так тесно лососевым стало только в середине прошлого столетия. Именно в это время в Литве на крупных водных артериях начали появляться гидроэлектростанции.

— Кугумская и Каунасская ГЭС были построены без рыбоходов, потому семга и кумжа просто-напросто перестали доходить до Беларуси, — отмечает старший научный сотрудник Научно-практического центра по биоресурсам Национальной академии наук Беларуси Михаил Плюта. — В 1960-х на территории Беларуси популяции проходных лососевых вообще перестали фиксироваться. А речная форель «прописалась» еще в самом первом издании Красной книги.

Такое изменение нельзя было не заметить: красная рыба, именно так все чаще называют лососевых, несколько веков назад в изобилии встречалась в водах Немана и Западной Двины. Было столько лососевых, вспоминают ученые, что ими преспокойно кормились огромные сомы.

После сорокалетнего перерыва проходные виды снова появились на территории нашей страны в 1999 году. Правда, теперь семга куда более редкий гость. Например, в этом году специалисты не встретили пока ни одну такую рыбу.

Зато, по подсчетам ихтиологов, начало увеличиваться количество нерестящейся кумжи. Если в 2004 году специалисты фиксировали около 20 нерестовых бугров, то уже в прошлом году количество гнезд было в три раза больше — около 70.

В одном нерестовом бугре от 700 до трех тысяч икринок. Однако в естественных условиях из одной тысячи икринок получается всего 1—2 рыбы. Считаем: за время нереста в Беларуси популяция прирастает примерно на 135 рыб, не больше. Для сравнения: на заводе из тысячи икринок можно получить до 900 рыб.

Впрочем, Михаил Плюта считает, что пока наши водотоки не следует заселять искусственной рыбой. Это может привести к изменениям в естественном генофонде: начнут появляться уродцы с искривленными позвоночниками и измененными плавниками. Нужно постараться максимально сохранять естественные популяции.

Проблемой для лососевых до сих пор остаются электростанции. Лишенные рыбоходов они преграждают миграционный путь. Реконструкция станций — мероприятие довольно дорогостоящее. Например, «перестройка» Каунасской ГЭС обойдется, по приблизительным подсчетам, в два миллиона евро, рассказал специалист по миграции лососевых рыб Института экологии Исследовательского центра природы Литвы Кестутис Скрупскелис. Инвесторы не спешат вкладывать деньги.

В Беларуси волонтеры общественной организации «Ахова птушак Бацькаўшчыны» (АПБ), которые занимаются патрулированием «лососевых» притоков, в этом году придумали бюджетный способ строительства переходов для рыб. Раньше на месте старого коллектора одного из ручьев им часто приходилось наблюдать, как кумжа старалась перепрыгнуть препятствие в несколько метров. Теперь здесь есть рыбоход: его спроектировали и построили волонтеры собственными силами и за свои же средства.

Рыбоход, который построили волонтеры

АЭС: Не будет ни обмеления рек, ни сбросов «радиоактивной» воды?

Есть и другие проблемы, связанные со строительством и работой электростанций. Например, Вилейская ГЭС создавалась для обеспечения питьевой водой населения Минска. Со временем ее достроили и стали дополнительно получать электроэнергию. Это привело к обмелению естественных водоемов, что особенно заметно в весеннее и летнее время.

Экологи опасаются: подобное может произойти и после строительства первой в Беларуси атомной электростанции.

Руководитель группы информационной работы Дирекции строительства атомной электростанции Эдуард Свирид заверяет, что не будет ни обмеления рек Островецкого края, ни каких-либо сбросов «радиоактивной» воды.

Правда, на вопросы журналистов отвечает очень уклончиво: почитайте Оценку воздействия на окружающую среду Островецкой АЭС — там все написано.

Браконьеры, бобры и «нечаянные» стоки

Сегодня, не заглядывая далеко в будущее, важно оперативно решить вопрос и с другими препятствиями на пути миграции семги и кумжи: ликвидировать старые мельницы, избавиться от захламленности, расчистить реки от бытового мусора.

Пока не удается «подружиться» в этом регионе и с бобрами. Количество этих «строителей» здесь настолько велико, что одним разбором двухметровых плотин вряд ли получится решить проблему. Специалисты предполагают, что сохранить спокойный нерест редких для Беларуси видов можно только, ликвидировав всю здешнюю популяцию «зубастых».

— Во время нереста рыба очень требовательна к условиям обитания, – отмечает Михаил Плюта. — В воде должно быть достаточное количество кислорода. Заиление водоемов может угрожать нерестящейся популяции.

По наблюдениям местных жителей, в малые реки время от времени «нечаянно» попадают стоки крупных животноводческих ферм.

— Не единожды видели, как черная жижа «топится» в одной из рек. Да тут и видеть, собственно, не надо: становится трудно дышать, — своими ощущениями делятся жители одной из местных деревень. — Страшно предположить, что творится под водой…

Только по официальным данным Сморгонской межрайонной инспекции охраны животного и растительного мира за последнее время наказано пять юридических лиц, одно СПК — в самом Островце.

Еще одним угрожающим фактором является браконьерство. Однако, по наблюдениям, за последние десять лет ситуация изменилась в лучшую сторону.

– Раньше участки реки были поделены браконьерами, незаконный вылов рыбы с использование запрещенных электроудочек был поставлен на поток, – вспоминает начальник межрайонной инспекции Сергей Хотянович. – В последние годы ситуация улучшилась, во многом, благодаря общественным инспекторам и волонтерам. Инспекция их трех человек едва ли может самостоятельно следить за несколькими районами одновременно… 

В этом году «на удочку» природоохранников пока не попался ни один браконьер. В целом количество недобросовестных рыбаков сильно уменьшилось, что не удивительно: за самовольный изъятие лососевых предусмотрен штраф от двух до пяти миллионов рублей (от 20 до 50 базовых величин), к этой сумме прибавьте сумму возмещения ущерба в трехкратном размере из расчета, что одна особь «стоит» 600 тысяч рублей (6 базовых величин). Вот и получается, что дешевле купить в магазине.

Справка «Завтра твоей страны»

Кстати, у вас еще есть возможность присоединиться к отряду волонтеров, который круглосуточно бережет лососевых рыб, сообщила сотрудник АПБ, координатор проекта «Хранители живых рек: участие общественности в сохранении дикого балтийскоголосося в Беларуси и Литве» Ольга Лукшиц.

Практика рейдового патрулирования рек волонтерами началась в 2009 году и с каждым годом становится все популярнее — сохранять редкие виды помогают и местные жители, и добровольцы из разных регионов страны. Патрулирование на реках в этом году будет длиться еще около месяца.

Специалисты также напоминают, что о любых природоохранных нарушениях, которые проходят в местах нереста рыб можно сообщать на горячую линию Сморгонской межрайонной инспекции охраны животного и растительного мира по телефону (8 0159) 23 26 74.

Ольга АСТАПОВИЧ, Арина МОРОЗ, фото

Завтра твоей страны